Мальстрём

Для съёмок важнейшего эпизода под условным обозначением «Мальстрём» – масштабного, апокалипсического сражения между армадами пиратов и Ост-Индской компании, разгорающегося внутри сверхъестественного урагана колоссальных пропорций – создатели фильма искали помещение, в котором они смогли бы соорудить копии «Чёрной Жемчужины» и «Летучего Голландца» в натуральную величину, а также и другие элементы декорации. Единственной такой постройкой в окрестностях Лос-Анджелеса (а, возможно, и во всём мире) оказался Корпус #703 комплекса под загадочным названием «Участок 9». Этот неимоверный ангар (600 футов в длину, 300 в ширину и 70 в высоту) в пустынном районе Палмдейл, штат Калифорния – 58 миль к северу от студии Walt Disney в Бербенке – был построен компанией Rockwell International в 1983 году для хранения 100 бомбардировщиков В-1, а в последние годы часто используется для киносъёмок (в частности, здесь снимался «Терминал» Стивена Спилберга). «Это одна из самых сложных и масштабных батальных сцен, над которыми мне довелось работать в кино», – говорит Рик Хайнрикс. – «Её создание требовало чёткой координации нескольких департаментов, включая наш, визуальных эффектов и физических спецэффектов. Если мы хотя бы на 85% добились того, чего хотели, это будет нечто невероятное».

В «Участке 9» Рик Хайнрикс работал в тесном сотрудничестве с другим лауреатом «Оскара», супервайзером спецэффектов Джоном Фрейзером («Человек-Паук 2»). Вместе они построили «Жемчужину» и «Голландца» и водрузили их на сложнейшие подвижные платформы, окружённые гигантскими синими экранами на заднем фоне. «Джон Фрейзер – лучший специалист по физическим спецэффектам из ныне живущих», – говорит Стенсон. – «Никто другой не смог бы так разработать физические воздействия спецэффектов в нашем фильме».

Фрейзер и его команда разработали и соорудили подвижные платформы для двух важнейших кораблей, а также оборудование для сцены, в которой «Хай-Пен» попадает за край света, и эпизода «Зелёной Вспышки», в котором «Чёрная Жемчужина» проходит между мирами, перевернувшись вверх дном под поверхностью океана. «В “На краю света” мы сделали то, чего раньше в кино не делал никто», – отмечает Фрейзер. – «Мы приподняли корабли на 15 футов над землёй, водрузив их на две опоры, поставленные с двух концов. Таким образом, мы получили возможность имитировать реальные движения корабля в океане. Как правило, корабли на площадке раскачивают с центра, но в море всё происходит не так. Мы же раскачивали его с носа и кормы, и с каждой стороны корабля у нас было по гидравлическому поршню, которые создавали боковой крен».

Постройка полных копий «Чёрной Жемчужины» и «Летучего Голландца» требовала сотрудничества между несколькими департаментами. «Мы три месяца строили подвижные платформы в декорациях. В это время строительный департамент Грега Калласа сооружал корабли. Затем мы воздвигли две опоры для носа и кормы корабля, чтобы раскачивать его по вертикальной оси. Затем разработали компьютерную систему управления – нечто вроде ЦУПа. 150 человек работали круглые сутки, семь дней в неделю. Дневная смена изготавливала детали, а ночная – спаивала их вместе. Все 150 человек выложились на 150 процентов. Наладить управление платформами с компьютера – долгий, долгий процесс, который требует огромного терпения. Всё равно, что наблюдать за тем, как сохнет краска. Но нашим компьютерщикам хватило терпения, и они добились великолепных результатов».

 

«В общей сложности, мы построили это чудовище – три корабля на трёх передвижных платформах – за три месяца, что, откровенно говоря, неслыханно», – признаётся Фрейзер. – «Раньше самой большой передвижной платформой, которую мне доводилось строить, была платформа для крейсера “Оклахома” в “Перл-Харборе” Джерри Брукхаймера, и нам тогда казалось, что мы в жизни не построим ничего более огромного. Платформа, которую мы воздвигли для “На краю света”, оказалась гораздо больше. Это обладатель Суперкубка среди кинокартин».

 Когда корабли с их огромными такелажами (каждый весом не менее миллиона фунтов) приходилось двигать с одной позиции на другую, в дело вступали воздушные подушки, способные выдерживать вес до 60 тонн. «Это самый простой способ передвигать корабль весом в миллион фунтов», – объясняет Джон Фрейзер. – «Самое сложное – не привести корабль в движение, а остановить его. Когда миллион фунтов набирают скорость и инерцию, затормозить их не так-то просто. Поэтому мы взяли 12.000-фунтовые вильчатые захваты и прикрепили их к нашим передвижным платформам, чтобы они никуда не убежали от нас. После этого мы могли свободно передвигать платформы – и корабли на них – в любое место в ангаре».

 

Чтобы создать специальное освещение для сцен, снятых с применением синего экрана, оператор Дариус Вольски и главный осветитель Рафаэль Санчес разработали невероятно сложную сеть из 1400-а осветительных приборов, не считая сорока ламп вокруг синего экрана высотой в 60 футов и как минимум восьми 10.000-амперных генераторов. Общая длина кабелей для этой конструкции составила 60 миль. «Мы создали 108,000 киловатт электроэнергии», – говорит исполнительный продюсер Эрик МакЛеод. – «Этого хватит, чтобы осветить 500 домов».

 Фрейзер и его команда технических специалистов также разработали систему труб, установленную под потолком ангара и способную в нужный момент обрушить на корабли (а также на актёров, каскадёров и всю съёмочную группу) мощнейший проливной дождь, в то время как огромные вентиляторы создают ветер скоростью до 100 миль в час. Джон Фрейзер и его команда тщательно работали над дождём. «Мы проводили испытания несколько недель, пока, наконец, Гор не оказался доволен результатом», – говорит супервайзер спецэффектов. – «Потом пришлось несколько поменять аппаратуру, потому что Гор начал снимать крупные планы и ему не понравилось, что капли слишком крупные. Ему нужны были мелкие капли. После этого мы стали менять насадки на трубах, в зависимости от того, какой план будет сниматься: крупный или общий».

 

«Из-за величины “Чёрной Жемчужины” и “Летучего Голландца” мы выливали на них примерно 25,000 галлонов воды в минуту. Это самый сильный дождь, который когда-либо был создан в кинопавильоне. Мы расположили за ангаром резервуары, оборудовали их насосами, фильтровали и подогревали воду, так что в итоге у нас получилась конвейерная цепь. Насосы выкачивают воду, она поднимается на 80 футов по трубам, обрушивается на площадку, попадает в водоотводы, специально вмонтированные в пол, возвращается в резервуары снаружи, очищается через фильтры и снова проделывает тот же путь».

Гор Вербински и его команда носили защитные плащи, чтобы вода не попадала за шиворот, насколько это вообще возможно. Актёрам и каскадёрам повезло меньше. Рассказывает Кира Найтли: «На тебя одевают костюм. Под костюмом – гидрокомбинезон, из-за которого очень трудно ходить в туалет. Потом включают дождь, и через 10 секунд на тебе нет сухого места. Мне очень жаль съёмочную группу, потому что они торчат там целый день напролёт. Временами дождь так силён, что буквально ничего не видно. Когда “Чёрная Жемчужина” и “Летучий Голландец” идут на абордаж, нас накреняют на 15 градусов, и приходится бежать наверх, лезть в рукопашную под проливным дождём, пока вокруг тебя вьётся команда операторов. На экране это будет великолепно, но на самом деле работёнка не из лёгких».

 

«Я бы назвал это не актёрской игрой, а борьбой за выживание», – смеётся Орландо Блум. – «Довольно жёсткое ощущение: с восьми утра до восьми вечера ходить мокрым до нитки. Хотя они выключают дождь между дублями, это не помогает: всё равно будешь мокрый. Так что я бы вам соврал, если бы сказал, что это весело. Но тяжело всем, не только актёрам. И, в конце концов, мы все твёрдо верим в результат и знаем, что он стоит усилий». «Мальстрём – это словно библейский водоворот из ада, и мы снимаем его так же, как, наверное, снимал бы Сесил Б. Де Милл», – говорит Джеффри Раш. – «Масштабы бедствия невероятны».

«Мы бежали от ураганов на Багамах», – добавляет Джонни Депп, – «снимали в лесах на Доминике в сезон дождей, и вот приехали в пустыню, чтобы снять тропический ливень и ветер в 75 узлов на корабле, кренящемся на 15 градусов. Это, опять же, одна из тех ситуаций, которые настолько невероятны, что даже не вызывают вопросов. ‘Джонни, сейчас мы тебя полтора часа будем везти в пустыню, там ты залезешь на “Чёрную Жемчужину” и “Летучего Голландца”, построенные на гигантских платформах, потом мы тебя обольём водой, обдуем ураганным ветром, и ещё ты немножко подерёшься шпагой на крутом подъёме. И ты просто отвечаешь: Как скажете, ладно. Никаких проблем».

 

Ещё одним интересным фактором на съёмках Мальстрёма – продлившихся почти четыре месяца – стало изменение погоды снаружи ангара, в пустыне Палмдейл: от 40-градусной жары в середине сентября до – 6 по ночам в начале декабря. Это не страшно, если всё время оставаться внутри, но был ещё и второй ангар, где находились 50 гримёрок для массовки и столовая. Рано или поздно, насквозь промокшим актёрам, каскадёрам и статистам приходилось выбираться наружу, навстречу то адской жаре, то пронизывающему холоду, не говоря уже о суровых пустынных ветрах, продувающих окрестности.

«Для нас эпизод Мальстрёма был самым зрелищным и самым трудным во всём фильме», – говорит постановщик трюков Джордж Маршалл Рудж. – «В нём участвовали все главные актёры, к тому же по ходу битвы продолжало развиваться множество сюжетных линий». Для этого финального сражения между пиратами и Ост-Индской торговой компанией Рудж разработал трюки на Багамах и огромном ангаре «Участка 9», использованном для съёмок в Палмдейл, Калифорния. «В палмдейлском павильоне мы, по крайней мере, были под крышей и могли не волноваться насчёт погоды, однако мы столкнулись с целым набором новых проблем, поскольку для этого эпизода требовалось огромное количество спецэффектов».

В эпизоде «Зелёной Вспышки» актёры, отчаянно вцепившиеся в борта перевёрнутой вверх дном «Яёрной Жемчужины», сами превратились в каскадёров. «Без шуток, было страшно», – признаётся Наоми Харрис. – «Я не закричала только потому, что была привязана и больше никто не кричал, так что я бы выглядела полной дурой… но как же хотелось!». В эпизоде «Зелёной Вспышки» использован материал, отснятый в резервуаре на Большой Багаме с участием настоящей «Чёрной Жемчужины», на фрагменте «Жемчужины», перевёрнутом вверх ногами в палмдейлском ангаре, и под водой, в ещё одном резервуаре, на площадке студии «Юниверсал» под названием Фоллс-Лейк. Оператор-постановщик Дариус (Дэрек) Вольски и целая команда операторов и обслуживающего персонала иногда в буквальном смысле носились по волнам, идя навстречу любой опасности и импровизируя на ходу. «На этих фильмах мы получили уникальную возможность для экспериментов над самыми разными способами съёмки», – говорит Вольски. – «Мы снимали практически везде, где только возможно: в джунглях, на воде, под водой, в тёмных пещерах, в павильонах, в ярко освещённых соляных пустынях. В плане масштабности мне никогда не превзойти “Сундук мертвеца”. Чтобы двигаться дальше, нужно выбрать совсем другое направление».

 

На стадии постпродакшна настала очередь Джона Кнолла и его команды специалистов разрабатывать окружающую среду, включая тревожное, бурное море и огромный пугающий водоворот, грозящий погибелью каждому кораблю, что подберётся слишком близко к его воронке. «Визуально это очень смелая идея», – говорит Кнолл, – «но в природе практически невозможно снять на плёнку что-либо, что бы потом пошло на пользу для этого. Поэтому всю воду пришлось создавать на компьютере, а сделать это достоверно и убедительно было непросто. В конце концов, в этом эпизоде нам потребовалось 400 планов с использованием спецэффектов, включая дождь, гигантские волны, барашки на них, пену и брызги».

 

«То, что происходит на первом плане, потребовало не меньших усилий», – объясняет Кнолл. – «Там идёт жестокая битва между командой Чёрной Жемчужины и Летучего Голландца, и мы разработали компьютерных персонажей, дерущихся среди дождя и деревянных снастей. Не говоря уже о сотнях кораблей, которые мелькают на экране в этом эпизоде».