Трюки и спецэффекты

«В первом фильме», — рассказывает Джерри Брукхаймер, — «все ключи к разгадкам были рядом, вокруг нас, а в новом фильме они оказались разбросаны по всему свету». Проект приобрел международный аспект, когда съёмочная группа покинула берега Америки и направилась на месяц в Лондон с заездом в Париж. Таким образом, сюжет не только расширил свои географические горизонты, но и стал включать изгибы и повороты американской, английской и французской истории.

В Великобритании предстояло отснять два ряда последовательных сцен: (1) когда Бен, Эбигейл и Райли вторгаются в святая святых Букингемского дворца, чтобы Гейтс мог осмотреть королевский письменный стол “Resolute”, который является двойником президентского стола в Овальном кабинете Белого дома в США, на предмет хранящихся в нём свидетельств; и (2) автомобильную погоню, которая могла стать самой большой и запутанной сценой такого рода, когда-либо снимавшейся на улицах Лондона. Брукхаймер и Тертлтауб решили начать с более «лёгкой» работы. Поскольку из соображений безопасности и неприкосновенности частной жизни королевской семьи сам Букингемский дворец был недоступен, они договорились о съёмках в здании Ланкастер-Хаус, который по великолепию лишь немногим уступает находящемуся неподалёку Букингемскому дворцу и расположен рядом с Сент-Джеймским дворцом, где живут Принц Чарльз и его сыновья. В настоящее время Ланкастер-Хаус находится в ведении британского Министерства иностранных дел и по делам Содружества и используется для официальных приемов, но иногда в нём также разрешается снимать кино.

Но все же значительную часть съёмочного времени в Лондоне заняла шумная, захватывающая дух автомобильная погоня по всему городу, ставившая перед съёмочной группой всевозможные препятствия, для преодоления которых потребовались изобретательность и мастерство. «Мы знали, что с точки зрения логистики съёмки в Лондоне окажутся очень сложными», — говорит исполнительный продюсер и директор съёмочной группы Барри Уолдман, — «поэтому на каком-то этапе подготовки даже предполагали задействовать другие европейские города, где можно было бы имитировать Лондон, но где съёмки прошли бы немного легче. Но мы решили в конце концов снимать погоню в британской столице – хотя в основном и в выходные дни, чтобы неудобства для горожан были наименьшими. Но все равно погоню снимали одновременно две полностью укомплектованные съёмочные группы, что ставило нелегкую задачу перед лондонской полицией».

«Я давно не видел в кино автомобильной погони по Лондону», — говорит Тертлтауб. – «Всегда любопытно посмотреть эпизоды с гонкой на машинах, снятые в интересном месте, и дело не только в автомобилях, а ещё и в том, куда они едут, кто за рулём. Здорово будет посадить Ника Кейджа, исполняющего роль Бена Гейтса, в машину с непривычным для него правым рулём, и пусть в погоне участвуют характерные для Лондона средства передвижения – такси, двухэтадные автобусы и так далее. Мы не собирались снимать так, чтобы дать исчерпывающее представление о технических возможностях автомобилей, — мы ведь снимали кино не про них. Но мы надеемся, что получилось захватывающе и смешно».

Основными участниками погони стали такие автомобили, как совсем новая модель Mercedes-Benz 280C «класса C» (которой ещё не было на рынке на момент съёмок), Land Rover, развозящий пиво грузовик Fuller’s London Pride, лондонское такси, красный двухэтажный автобус, несколько полицейских машин, а также другие автомобили, попавшие в эту переделку.

Продолжая развивать международный аспект сюжета «Сокровища нации», группа сделала небольшую передышку в съёмках погони и, сев на скоростной поезд Евростар, переместилась в Париж, чтобы отснять ключевые сцены с Николасом Кейджем и Джастином Барта на мостах Pont du Bir-Hakeim и Pont du Grenelle. Эти мосты перекинуты через Сену в таких местах, что находятся практически в тени Эйфелевой башни.

«В Париже трудно снять некрасивый фильм», — смеётся Джон Тертлтауб. – «В первое утро в Париже наш оператор Джон Швартцман подошёл ко мне, когда я искал кадр, и сказал: “Джон, не волнуйся, плохих кадров здесь нет”». Есть в Париже что-то такое, что пробуждает в человеке художника, что заставляет его быть достойным французской эстетики. Мост у станции метро Bir-Hakeim известен не только тем, что входит в число самых знаменитых мостов Парижа. Именно на нём, как известно киноманам, Марлон Брандо появляется в первой сцене фильма «Последнее танго в Париже».

В ключевой парижской сцене Бен и Райли, в поисках разгадок, запускают маленький вертолёт, управляемый дистанционно. Снабжённый видеокамерой, вертолётик облетает уменьшенную копию Статуи Свободы, стоящую на крошечной Allee des Cygnes («Лебединой аллее»). Открытие этого варианта статуи, предназначенного быть копией большего по величине и более известного памятника, состоялось в 1889 году, через три года после того, как в Нью-Йорке была возведена её более знаменитая двоюродная сестра. Оригинальную статую преподнесли в дар Соединённым Штатам жившие там французы в ознаменование столетней годовщины Французской революции. На книге в левой руке статуи высечены даты Дня независимости Соединённых Штатов и Дня взятия Бастилии. В жизни, как и в фильме, статуя служит напоминанием о тесных исторических связях между Соединёнными Штатами и Францией.